25.04.2019 Автор: Владимир Терехов

Очередные саммиты Китая и ЕС

88654634523

9 апреля с. г. в Брюсселе состоялся очередной ежегодный (21-й по счёту) “Cаммит ЕС-Китай”. Напомним, что ему предшествовал визит в Европу китайского лидера Си Цзиньпина, в ходе переговоров которого с руководителями Германии, Франции, Италии и ЕС, видимо, и был согласован сценарий предстоящего “Саммита”.

В Брюсселе делегацию КНР возглавлял премьер-министр Ли Кэцян, ЕС–председатели Европейского совета и Еврокомиссии, соответственно, Д. Туск и Ж.-К. Юнкер.

Первое, что обращает на себя внимание, связано с краткостью интервала, отделившего данное мероприятие от аналогичного предыдущего, состоявшегося в Пекине в июле 2018 г. И хотя, повторим, указанные “Саммиты” с самого начала планировались как ежегодные, но 2019 г. только начался и с чего бы такая поспешность с проведением очередного?

Тем более, что на прошлый год пришёлся юбилейный, 20-й по счёту “Cаммит ЕС-Китай”, который завершился подписанием обширного “Совместного заявления”. В документе перечислялись все значимые достижения в двусторонних отношениях с момента их установления в 1975 г. Отмечалось существенное совпадение в характере оценок и действий по актуальным международным проблемам. По таким, например, как: северокорейская и иранская ядерные программы, ситуация на Большом Ближнем Востоке и в Афганистане, проблематика климатических изменений.

Увесистым булыжником, брошенным китайско-европейской рукой в “американский огород”, оказалась запись о “приверженности [сторон] формированию открытой мировой экономики, повышению либерализации и упрощению процедур в торговле и инвестициях, противодействии протекционизму и односторонности…”.

Пожалуй, в данной фразе и кроется ответ на поставленный выше вопрос. Ибо в ней обозначен источник серьёзной головной боли как Пекина, так и Брюсселя, имя которой “Принципиально новое позиционирование на международной арене ведущей мировой державы, то есть США”. Именно с политикой администрации Д. Трампа связаны все те тренды, развитию которых нацелились “противодействовать” как Китай, так и ЕС.

Причём, за прошедшие с июля 2018 г. месяцы ситуация в отношениях США с КНР и ЕС (не только экономических, что важно подчеркнуть) только ухудшалась. Несмотря на периодически демонстрируемый оптимизм относительно перспектив переговорного “сериала” на тему предотвращения (хотя бы) развития американо-китайской торговой войны, пока дальше слов дело не сдвинулось. Но даже если оно завершится подписанием некоего “компромиссного” документа, вряд ли улыбки сторон по этому поводу будут одинаково искренними.

Что же касается связки США-ЕС, то в ней даже и слов сколько-нибудь оптимистичных не слышно.

Иными словами, в Пекине и Брюсселе, видимо посчитали, что нельзя откладывать очередную сверку часов и необходимо всё же попытаться преодолеть весьма серьёзные проблемы в двусторонних отношениях, не раз обсуждавшиеся в НВО.

Они легко просматриваются в тексте того же прошлогоднего “Совместного заявления”. Например, в следующей записи: “ЕС принял к сведению недавно взятые Китаем обязательства по улучшению как условий доступа на свои рынки, так и инвестиционной среды, укреплению прав интеллектуальной собственности и расширению импорта, с нетерпением ожидая их полной реализации, а также дальнейших мер”.

Отметим в связи с вышеприведенным два момента. Во-первых, период упомянутого “нетерпеливого ожидания” исчисляется годами, играя, например, роль предлога для отказа китайской экономике в статусе “рыночной” и выстраивания ограничительных барьеров на пути китайских инвестиций в европейскую экономику. Во-вторых, схожие претензии в адрес КНР выдвигают и США, в частности, в ходе тех же двусторонних переговоров.

Поэтому едва ли можно говорить о стремлении КНР и ЕС к созданию антиамериканского фронта (хотя бы) в сфере экономики. По крайней мере, такого желания не просматривается у Брюсселя. Скорее, руководство ЕС, озабоченное сложными внутренними проблемами, пытается найти некий “срединный путь” в отношениях с обеими ведущими мировыми державами. Речь следует вести именно о “сверке часов” и попытках найти компромисс между трудно совместимыми исходными позициями КНР и ЕС.

Текст подписанного в Брюсселе “Совместного заявления” в основном повторяет аналогичный документ прошлого года. Однако есть и примечательные новации, обозначенные, прежде всего, в п. 4, где говорится об обязательствах сторон “достичь в течение 2019 г. решающего прогресса, необходимого, в частности, для выполнения обязательств по либерализации, а также заключению в 2020 г. амбициозного всеобъемлющего инвестиционного соглашения между Китаем и ЕС”.

Для этого будет создан специальный “политический механизм постоянного контроля за ходом переговоров, с тем, чтобы до конца года доложить лидерам сторон о достигнутом прогрессе”.

Не менее важной является запись о мерах по совмещению китайского проекта “Один пояс-один путь” и проектов ЕС по расширению транспортной инфраструктуры “Европа-Азия”, а также внутриевропейской транспортной системы.

Обратил также на себя внимание п. 11, посвящённый “кибернетическим технологиям”. В частности, в той его части, где “приветствуется прогресс в обмене мнениями” по технологиям мобильной связи пятого поколения (5G). Отметим в связи с этим, что ЕС отказывается пока присоединяться к американским попыткам организовать всемирную блокаду деятельности китайского лидера в области технологий 5G компании Huawei.

Примечательным представляется отсутствие в “Совместном заявлении-2019” какого-либо упоминания многолетнего переговорного процесса на предмет заключения двустороннего Соглашения о свободной торговле. Напомним, что в 2018 г. такой документ был подписан между ЕС и Японией.

Из Брюсселя Ли Кэцян отправился в хорватский курортный город Дубровник, где на 11-12 апреля было запланировано проведение 8-ой встречи на уровне премьер-министров 16-и стран Восточной и Центральной Европы с коллегой из КНР (так называемый “Форум 16+1”). В НВО не раз обсуждались как особенности данного “Форума”, так и его места в китайской политике на европейском направлении в целом.

С момента создания в 2012 г. данный “Форум” служит источником противоречивых оценок со стороны как официальных лиц КНР и ЕС, так и экспертов. В Брюсселе с не малой настороженностью наблюдают за активизацией Пекина в простирающемся с юга на север (от Балкан до стран Балтии) восточном поясе континента.

В частности, такая настороженность просматривается в последнем документе (“Стратегический обзор отношений между ЕС и Китаем”), посвящённом отношениям ЕС с КНР, который бы опубликован Еврокомиссией 12 марта.

В Пекине же всячески подчёркивают заинтересованность в сохранении единства ЕС и соответствие реализуемых в странах ЦВЕ инфраструктурных проектов как политико-экономической концепции “ОПОП”, так и упоминавшимся выше европейским планам по расширению связей со странами Азии. В частности, с подобными утверждениями выступила китайская газета Global Times, в которой комментировалось торжественное открытие премьер-министрами КНР и Хорватии строительства первой очереди моста, предназначенного для соединения полуострова Пелешац в Адриатике с материковой частью страны. Общая стоимость проекта оценивается суммой в полмиллиарда долл., которая на 85% будет покрыта ЕС. По итогам прошлогоднего тендера строительство моста досталось китайской компании China Road and Bridge Corporation, что послужило поводом для европейских конкурентов обвинить её в искусственном занижении цены за предлагаемые услуги.

Упомянутая церемония в Пелешаце состоялось накануне “Форума”, который приобрёл формат “17+1”, поскольку в первый день работы в качестве полноправного участника была принята Греция. Выступая на его открытии, Ли Кэцян подчёркивал намерение КНР “полностью уважать европейские стандарты”. В очередной раз подтвердив курс страны на “открытость”, он заявил, что европейским компаниям будут созданы условия (на принципах “взаимности”) для работы в Китае.

В целом же сам факт, а также итоги последних поездок в Европу как лидера, так и премьер-министра КНР, подтверждают недавние слова министра иностранных дел Ван И о возрастающей значимости европейского направления внешней политики Пекина.

Впрочем, на характер развития китайско-европейских отношений будут оказывать влияние глобальные тренды в мировом политическом пространстве.

Верно, конечно, и обратное: процесс трансформации мировой политической карты не может не находиться под воздействием отношений между такими игроками “высшей политической лиги”, каковыми являются КНР и ЕС.

Владимир Терехов, эксперт по проблемам Азиатско-Тихоокеанского региона, специально для интернет-журнала «Новое Восточное Обозрение».


×
Выберие дайджест для скачивания:
×